На восток.

Трудно описать все прилегающие к Самаре трассы в канун окончания Грушинского фестиваля. Особенно страшно на трассах в сторону Москвы и в сторону Челябинска: десятки, если не сотни людей растягиваются по всем более менее нормальным позициям, где бы тебя не высадила очередная машина ты всегда встречаешь стопщика, который стоит там уже не первый час...

Когда я вышел из очередного КАМАЗа на повороте в город, название которого давно забыл, и скорее всего вообще не помнил, на позиции за поворотом стояли два стопщика, вернее сказать они не стояли, а сидели. Один из них держал в руках термос, второй брился, лицо его было красное, местами виднелись царапины. Простояв не один час, он подумал, что водители не берут его потому, что он не брит, и решил побриться, а так как воды у них не было, они использовали оставшийся в термосе чай.

Самое интересное явление наблюдалось на башкирском въездном посту ГАИ. Там по моим подсчетам было не менее 15 человек, а так как машин было мало народ занимался разными делами: кто-то просто сидел в тени и играл на гитаре, кто-то жевал колбасу, а некоторые не спеша прогуливались, знакомились друг с другом, делились адресами.

- Садись, куда тебе?
- Я в сторону Челябинска еду.
- Нее я тут не далеко до деревни, километров 10.
- Ну ладно, тогда.
- Давай, садись все равно на халяву ездишь.

"И зачем я сел в эту машину?" - думал я, стоя посреди степи в тишине и одиночестве. Вокруг, куда не кинешь взгляд, нет ни одного деревца, лишь возле деревни, что в пару километрах от трассы что-то растет. "Стоял бы лучше с народом на посту ГАИ, там хоть интереснее было". Но тишиной прошлось наслаждаться не долго, из этой самой деревни выворачивает и стопиться жигеленок: "На Байкал, ну ты даешь, а мы тут до поворота, километров 10". Вот он настоящий лоКАЛ, до Сахалина еще 7000 км, а очередной водитель радует 10 километрами, а где, где же вы, быстрые дальние машины?

Заправка. Этот клочок чего-то цивилизованного, здесь кажется странным. Подгоняемое ветром по степи, крутясь, катается перекатиполе, иногда оно вылетает на трассу, но чаще всего остается в придорожной канаве. С юга надвигается что-то мрачное и серое, ветер усиливается, сначала падают первые крупные капли, потом их становиться все больше, и больше, отчетливо начинает чувствоваться запах нагретой солнцем трассы, идет дождь. Кроме меня здесь стоит еще один стопщик.

Лучшая машина - это та, которая тебя везет!

Жарко, тут очень жарко, если бы не фляга с водой, не знаю, что бы я делал. Старинный МАЗ, на котором мы едем - мой ровесник ему тоже 21 год, водитель башкир похож на свою машину, время наложило на него свой нелегкий отпечаток. Вид, за полукруглым стеклом кабины, особым разнообразием не отличается, все та же степь, редкие кустарники, и нередкие нефтенасосные вышки, качающие нефть, разговоры о жизни ...

Когда я стоял на въездном башкирском посту ГАИ, то познакомился с Лёхой и его девушкой из Челябинска, они дали адрес, сказали впишут если дома будут. Вот его я и увидел в УАЗике, остановившемся возле кафе, неподалеку от которого мне довелось стопить. Я знаками показываю "можно ли меня взять?", он машет, подбегаю, сажусь. В этой машине мне предстояло проехать более 2500 км за двое суток.

Голосующий на трассе человек с рюкзаком - кто он? Откуда? Куда и зачем едет? Видимо многих водителей интересует этот вопрос, но не многие останавливаются и спрашивают. Несколько раз возникала ситуация когда проезжающая в противоположном направлении машина останавливается и водитель спрашивает:
- Куда едешь?
- На Байкал (чтобы не пугать людей Сахалином я почти всегда говорил, что еду на Байкал).
- Ого! А откуда сам?
- С Минска.
- ОГО! - Машина уезжает.

8.07.2004, Новосибирск.

Я сижу в центре Новосибирска на скамейке возле фонтана пишу дневник и играю в игру самый "офигевший" воробей, смысл игры в следующем: я жую булку, и передо мной скапливается множество воробьев и голубей, которые только и ждут, что им кинут еду. Когда кидаешь кусочек, то самый "офигевший" воробей летит вперед всех, хватает его и улетает. Естественно по сноровке голуби уступают воробьям, которым все и достается, поэтому начинаются разборки - голуби начинают наезжать на воробьев, клюют и обижают их.

За всю дорогу от Башкирии до Новосибирска больше всего запомнились Уральские горы (горы есть горы), в сумерках, в тумане было очень красиво, горные чистые реки, дождь. Когда стемнело обитатели перегонного УАЗика (Владимир, я, Леха и его девушка из Челябинска) увидели горящий на склонах, недалеко от дороги, лес. При виде огня просыпался животный страх, когда прыгающие, желтые огоньки, поглощая метр за метром, двигаются на тебя, а вернее ты двигаешься к ним.

Оренбургская и Курганская области - поля, местами вспаханные, болота, болотные и торфяные озера, сухостой и редкие клочки леса. За курганом началось "Частоозерье" - неглубокие озера разных размеров. Дорога по которой все срезают, что-бы не ехать через Казахстан, местами была тяжела даже для нашего полноприводного внедорожника, ее ремонтируют, кусками вообще грунтовка по полю. Тюменская и Омская области особого впечатления не произвели - поля, в большинстве не засеяны, березовый лес да редкие деревушки, дорога до Омска в общем и целом - плохой раздолбанный асфальт. Омск проскочили с одной остановкой, поэтому посмотрел на его только их окна машины. Трасса Омск-Новосибирск - это пока наилучшая по покрытию дорога, которую я видел после Москвы, бетонное полотно, хорошие развязки, почти не помню транзитных поселков и деревень.

Сижу и пишу этот дневник, очень хочется спать - сказывается усталость с дороги за последние двое суток, которые мы ехали почти без остановки. К тому же начали одолевать меленькие черные мошки, точно такие же, как у нас на Полесье весной, да, как они меня достанут потом за Новосибом! С утра идет дождь, удивительно, поиски Интернета заняли около получаса, вписки в этом городе нет, вернее есть, но на смс никто не ответил.

Остановка, пассажиры жмутся под ее спасительную кровлю чтобы их не замочило дождиком, очередной автобус увозит часть их них, остальные же не могут не заметить сидящего в углу человека в оранжево-синей промокшей куртке, на голове у него серая мокрая шляпа, рядом стоит рюкзак. Странный человек пишет что-то в тетрадке, но они не могут понять что, потому что очередной автобус увозит их вперед к их работе, или домой, где, съев бутерброд с колбасой, и включив телевизор, они уже точно никогда не вспомнят про него. Но те, что остались, видят, как вдруг человек с рюкзаком вздрагивает, он откладывает тетрадь, вынимает из кармана звенящий мобильник и читает сообщение: "привет, приходи по этому адресу после семи, Андрей" - лицо его озаряет улыбка.

Андрей и Даша.

Бывают вписки в городах, откуда не хочется уезжать, и все благодаря живущим там людям, которые встречают тебя с радостью, даже если вы никогда не были знакомы раньше. На пороге квартиры я познакомился с Дашей, женой Андрея, с разрешения хозяйки я сразу полез в ванну мыться. О, как приятен бывает простой душ после многих дней пыльной дороги! Андрей пришел позже, мы разговорились, за чашкой горячего чая, ребята ездят автостопом уже не первый год. Вечером приехал еще мой брат, с которым мы разделились еще под Самарой, а в Челябинске он встретился с попутчицей, она была тоже из Питера. Утром мы с Дашей пошли смотреть город, естественно в этот день никто никуда не уехал, а выехали мы только на следующее утро. Ребята, спасибо вам!

"Меняя легковушку и КАМАЗ на обычный мотоцикл Урал
Пройду пару сотен километров на крутом дальнике,
В дорожной забегаловке обычную похлебку хлебал
И снова был на трассе и снова как всегда налегке ..."

Большой бензовоз сворачивает с трассы и останавливается из него вылазит человек, потом он достает рюкзак, говорит что-то водителю и машина уезжает. Его внимание привлекает человек с рюкзаком на трассе - "тоже стопщик, интересно откуда?".

- Привет, стопщик?
- Да.
- А ты откуда?
- Я из Новосибирска, а ты?
- Из Минска, на Сахалин еду.
- Знал я одного парня из Минска, Сауроныч зовут, не слышал про него.
- Слышал, но лично не знаком. Меня Леха зовут, а тебя?
- Тоже.
- Ну, будем знакомы, а давно стоишь?
- Наверно час уже, все машины сворачивают на Томск, на Кемерово мало едут, да я часто тут зависаю.

Они обменялись адресами, пожелали друг другу "теплой" трассы, разошлись. Тот, что встал позади, застопил машину, которая увезла его вперед по избитой сибирской дороге, второй остался стоять, они больше не виделись, осталась только запись в блокноте "Леха из Новосиба ...", но кто знает, может быть эта запись спасет его когда-нибудь от бессонной ночи на ступенях холодного подъезда.

- Ну Леха, смотри, я могу высадить тебя либо здесь возле поста, либо провезти до города.
- Наверно лучше возле поста.
- Там по дороге еще будет кафешка, может быть договоришься с дальнобоями.
- Лучше я здесь выйду, поставлю палатку и лягу спать, спасибо, было приятно с вами ехать.
Праворульный микроавтобус отчаливает от обочины, и уноситься в темноту, тихо, 12 часов ночи, звезды и луна тускло освещают человека с рюкзаком. "Хорошо, что хоть мобила ловит", рюкзак на одном плече, он набирает смс: "Толян, я в Красноярске вы где?", мобильный молчит, сообщение не доставлено. Темная фигура сворачивает с обочины и теряется в придорожной посадке. В середине ночи его будит сообщение: "Мы подъезжаем, будем через несколько часов" . . . Они разбудили его шумным приветствием и ништяками халвы.